Мой дневник
Мне посоветовали направить «Планету Южный Урал» на литературный конкурс Уральского федерального округа. Удивился. Но мне сказали, что это уже не журналистика, а литература. Что я, всю жизнь работая в пограничном между журналистикой и литературой жанре очерка, в этой книге все-таки перешел границу из журналистики в литературу. Книгу на конкурс отправили… А вопросы остались. Когда начинаешь себя оценивать, что называется, по гамбургскому счету, то впадаешь в сомнения.
Похоже, России сугубо православной, как до 1917 года, больше не будет... Наша страна и мы сейчас уже не те… Нам надо как-то научаться жить по-другому, без государства-церкви. И православие поддерживать… Но без веры человек может не справиться с вечностью. Без веры с ним только ужас, отчаяние и одиночество…
Позвонили из Нагайбакского района, зовут на презентацию моей книги «Планета Южный Урал». Чуть раньше пригласили в Троицк. Это приятно. У меня, как пишущего человека, новые ощущения, не испытанные после выходя первых двух книг. Я привык писать в газету и сразу же получать отклик. А тут книга вышла, прошла презентация и …пауза. И только через три месяца пошли приглашения - книга идет к читателям не так быстро, как газета…
Побывал на 75-летии мордовской бабушки Антонины Михайловны Алешкиной. Замечательная, светлая женщина. Я ей подарил большую по объему и смыслу книгу Салима Галимовича Фатыхова «Мировая история женщины». А сын Антонины Михайловны Андрей Степанович Алешкин, народный художник Мордовии, автор ее герба, тоже привез мне в подарок большую книгу - «Мордовия в истории России» с дарственной надписью республиканского министра по национальной политике, и а фамилия у этого руководителя - Лузгин. Почти что Лузин. В этом почти совпадении что-то есть…
Неподалеку от нашего дома построили большое здание следственного управления, в корпусе прокуратуры его работники уже не помещаются. Как все-таки у нас много государственных структур, обслуживающих исключительно человеческое несовершенство…
У нас три дня выходных в связи с новым праздником - днем народного единства. По ТВ показывают фильмы про начало XVII века, смуту и поляков. Но есть время и просто почитать, подумать о жизни, все больше притягивающих меня народах мира. С большим интересом читаю книгу «Евреи и XX век» (авторы-составители Эли Барнави и Саул Фридлендер), которую мне вместе с замечательной куклой подарил на 50-летие Челябинский еврейский общинный дом. Узнал много интересного.
Интересная статья руководителя Центра исследования идеологических процессов Института философии РАН Александра Рубцова в «Новой газете». Он пишет, что сейчас наша страна напоминает времянку, что эта конструкция явно не всерьез и ненадолго. Но, к сожалению, опять то же самое - хороший анализ состояния и нет предложений, что делать. То ли места не хватило, то ли действительно нечего предложить даже ученым… В связи с этим я в друг к своему почти что ужасу понял, что сейчас, особенно сейчас для России просто нет ЕДИНСТВЕННО ВЕРНОЙ концепции развития. Ужас относительности бытия проявился в нашей стране с особенной силой.
Вчера вечером прямо в бане задержали министра здравоохранения Челябинской области Виталия Тесленко и двух его подельников _ заместителя главного врача санатория «Кисегач» (и попутно - советника губернатора) Ивана Сорокуна главврача одной из больниц Михаила Шуховцева. Следователи ФСБ говорят, что они делили откат в 28 миллионов за закупку медоборудования (на федеральные деньги) по завышенной цене. Новость вызвала буквально ликование среди врачей и других южноуральцев.
Вчера было 25-летие областного фонда культуры. Его председатель Кирилл Шишов собрал уважаемых людей Южного Урала. Удивило, что на таком празднике не появились ни министр культуры, ни вице-губернатор по культуре. Мог бы прийти и сам глава региона. Впрочем, их отсутствие не могло испортить общей атмосферы.
«Челябинский рабочий» рассказал трогательную человеческую историю о том, как русская женщина усыновила маленького таджика-инвалида, горбатого, с пороком сердца. Некоторые комментарии на сайте просто удивляют. Пишут «в защиту русских», о том, что нацию размывают… Какая-то непонятная мне злоба. Очень грустно…
