Найти педофила

13 лет назад в «Челябинском рабочем» вышел материал под заголовком «Кашалотик»: путь на дно», написанный по материалам редкого по тем временам (первое за 20 лет) уголовного дела. Руководитель известного в Челябинске детского эстрадного коллектива П. был осужден за «развратные действия в отношении малолетних».  Вернуться к тому давнему делу меня заставило письмо в редакцию.

Докажи, что не судим
… От таких писем холодеют руки. Несколько электронных строчек в потоке деловой переписки всколыхнули память о том давнем деле.  Тогда, в 1998-м, я читала материалы судебных слушаний, содрогаясь от омерзения. Маленькие девочки, которые давали показания следователям, были в возрасте моей дочери. Они рассказывали, как взрослый мужчина, педагог  усаживал  их на колени, «трогал глупости», совершал другие действия, которые суд квалифицировал как развратные.  
Удивительно  было получить отклик на свой материал через столько лет. Спасибо Интернету, который хранит все, что когда-то в него попало. Если захочешь найти то, что тебя волнует, рано или поздно найдешь. Очевидно, эта взрослая женщина до сих пор не смогла забыть события своего детства.  
Автор письма (назовем ее Даша) писала:  «Здравствуйте, Алевтина Никитина! Хочу поблагодарить за статью «Кашалотик»: путь на дно» У меня к вам просьба о помощи: помогите мне связаться как-то с теми людьми, которые выступали в суде, мне есть что им сказать: я ходила в «Кашалотик», когда училась во 2-3 классе, в 1996-1997 годах, и на себе все это пережила! Вы написали, что его посадили (03.11.98г). Видимо, спустя 2 года он вышел и вовсю продолжает свою деятельность. Отказ пойму, ведь столько лет прошло – кому это интересно!? Большое спасибо за огласку этого случая!» 
А действительно, где этот человек, совершивший преступление, редкое по тем временам, а нынче, увы, весьма распространенное? Чуть ли не каждый день появляются сообщения о случаях педофилии, Госдума даже предложила недавно ужесточить ответственность за эти деяния. Если эти предложения депутатов обретут силу закона, то человеку, совершившему то же, что и руководитель «Кашалотика», может светить пожизненное заключение, а также химическая кастрация. А что же касается работы с детьми, то она для таких преступников становится невозможной навсегда.
Могу отчитаться перед Дашей и перед вами. Я сделала несколько попыток найти педофила. Позвонила в Театр ЧТЗ, где обнаружилась «Детская эстрадная студия ПИ». Ее руководитель Андрей Рычков оказался не только коллегой, но и другом детства П. Он сообщил мне, что встречал его года три назад на каком-то детском фестивале, тот привозил детский коллектив, кажется, из Муслюмово. На мой вопрос, как он относится к обвинениям друга в педофилии, Андрей ответил, что не верит: «Если доказано, то нужно наказывать. Если это болезнь, то надо лечить». Насчет доказательств. На  взгляд человека, который знакомился с материалами судебного дела, этих доказательств было вполне достаточно.
Я продолжила поиски. На мой звонок и. о. руководителя Кунашакского районо Фатима Аюпова отреагировала мгновенно: «У нас такого педагога в районе нет». Видимо, эта фамилия ей все-таки была знакома, если для ответа даже не потребовалось рыться в документах.
Пришлось обратиться в областное управление образования. Здесь мне с поисками тоже не помогли, но зато начальник отдела кадров и госслужбы Марина Бурова рассказала мне о том, что сегодня делается для того, чтобы педофилы и развратители детей не попадали в образовательные учреждения. Оказывается, с 7 января этого года каждый директор школы, детского сада должен при приеме на работу требовать у соискателя документ об отсутствии судимости. За этими справками в учреждениях МВД уже выстраиваются очереди. Но это требование касается новых сотрудников. А вот как проверить тех, кто уже работает с детьми?
Казалось бы, все очень просто: пусть директор сам запросит справку на подозрительного педагога в соответствующем учреждении. Но не тут-то было. Здесь вступает в силу закон о защите персональных данных. Никто не имеет права получать информацию о человеке без его согласия. Так что сначала нужно получить добровольное согласие человека на работу с его персональными данными, а уж потом заниматься сбором сведений о нем. Поэтому с уже работающими сотрудниками приходится вести разъяснительные беседы, готовить документы. А между тем прокуратура уже провела несколько проверок соблюдения этой новой нормы Трудового кодекса РФ. Вот недавно проверяли 70 детских учреждений Верхнеуральского района, нарушения нашли в 4 из них. Здесь как раз принимали на работу людей без справки об отсутствии  судимости.  
Словом, в процессе поисков П. мне открылась большая проблема, которой озабочены сегодня руководители образования: как обезопасить детей от потенциальных и реальных педофилов. Может быть, вот эта повышенная бдительность общества и мешает осужденному за растление П. устроиться на педагогическую работу. По крайней мере, мне его найти не удалось.

Дети или торговая марка?
Но давайте вернемся к Даше и той, давней истории. Я написала ей, предложила встретиться, чтобы понять, почему через столько лет она никак не может забыть события детства. Она отказалась, написала, что ей тяжело говорить об этом, она не смогла рассказать все даже психологу. Сошлись на том, что она напишет мне то, что считает нужным, в электронном письме. Зачем? Чтобы предостеречь родителей маленьких детей от излишней доверчивости к педагогам. 
Есть и еще одна причина, по которой мне хочется опубликовать это письмо. Тогда, 13 лет назад, после выхода материала «Кашалотик»: путь на дно» в редакцию пришла делегация родителей воспитанников коллектива. Когда я увидела их на пороге кабинета, то в первый момент подумала, что они пришли благодарить меня за статью. Наивная! Они пришли выразить свое возмущение. Нет! Не поведением П., который развращал их маленьких дочек. Родители очень переживали, что моя статья «опорочила торговую марку «Кашалотик». Я сначала не поняла: какая торговая марка, кто чем торговал… Оказывается, родители наладили выпуск и продажу кассет с записями выступлений своих деток. И бизнес шел неплохо. А тут вдруг «… путь на дно». Доходы начали снижаться. Родители-бизнесмены оказались на грани разорения и пришли требовать опровержения. Опровержения чего? Приговора суда, который уже вступил в законную силу?
Помню, я тогда была в шоке от того, что родителей заботили деньги, а не поломанная психика их собственных детей. Ведь многие из них говорили на суде, что рассказывали мамам и папам о том, что делает с ними П., а они отмахивались: «Ничего страшного. Он тебе новую песенку даст».
Прочтите, что помнит Даша через 15 лет, и, умоляю, учитесь слушать своих детей, понимать их, а иначе их посадит на колени такой вот П.
История Даши
В 1996-1997 году я пошла в местный кружок в школе «Кашалотик». Мы ходили еще во дворец, там личная студия нашего руководителя была. Я знала, что он неровно дышит к детям, так как ребята, которые много лет к нему ходят, часто об этом говорили. Я всерьез это не воспринимала - для нас это было как прикол. Смешно было, когда он говорил: если хочешь попасть в звукозаписывающую студию, нужно, чтобы он подсадил тебя и ты перелезла через ограждение.
Я хорошо к нему относилась до одного момента. Как-то раз, когда занятие закончилось, мне надо было переписать песни с одной кассеты на другую. Он сказал, чтобы я дождалась, пока идет запись, а подруга пусть идет. Я говорю подруге: «Останься», но он настоял, чтобы шла, что я ее догоню потом. Он закрыл кабинет (это было в моей родной школе в кабинете музыки), сел на стул и позвал меня сесть ему на колени. Я отказалась, тогда он взял меня за руку и посадил насильно. Начал гладить ноги (я была в короткой юбке), потом продвигался выше. Я убирала руки, думала, что если смогу закричать, то услышит охранник, но не закричала. Он трогал мои руки, говорил, что у меня музыкальные пальцы, говорил, чтобы я никому не рассказывала, что сейчас кассета закончится, и он меня отпустит.
Сразу же, как закончилась кассета, он меня отпустил. Я бежала домой в слезах, рассказала подруге - попросила, чтобы она никогда не оставляла меня с ним. Рассказала маме - она, наверное, не поверила, потому что я еще несколько недель продолжала ходить в кружок. Зачем, не знаю, наверное, потому что подруги туда тоже ходили.
Прошло очень  много времени, я снова с ним встретилась - у себя на работе. Он пришел устраиваться музыкальным руководителем в школу. Меня трясло - виду старалась не подавать, но директора предупредила, кто этот человек. К нам он не попал. Потом, спустя непродолжительное время, нам позвонили из милиции и сказали, что они поймали педофила (он это был или нет, не знаю), который изнасиловал девочку – видимо, из нашей школы. Я не знаю судьбу ребенка, посадили педофила или нет, но если понадобится дознание или в суде поддержать людей, которые с ним столкнулись, я готова.
Случайно наткнувшись на статью Алевтины Никитиной «Кашалотик»: путь на дно», я решила написать письмо в редакцию, чтобы скоординироваться с участниками суда. Я многое узнала нового из статьи, например, о том, что некоторые мамы знали о его пристрастиях, но ничего не предпринимали. Я надеюсь, таких мам единицы, потому что на своем примере знаю, что не все мамы могут защитить своих детей. А ведь так важно слушать, о чем говорит тебе твой ребенок - маленький человек. Хотя там, где крутятся деньги, слава и жажда обогащения, возможно все».
Алевтина НИКИТИНА