Смыслы, упавшие из космоса

Sтраница Основного Sмысла

22 ноября 2013 года

Смыслы, упавшие из космоса

Миниатюра

В Челябинске готовится к выпуску сборник выступлений участников международного круглого стола «Южный Урал после метеорита». Разговор, в котором участвовали авторитетные эксперты, получился очень интересный. Свалившийся в минувшем феврале на Челябинскую область космический странник породил много эмоций и смыслов. Редакция Гуманитарного журнала попросила рассказать об этом журналиста Айвара Валеева, который был инициатором разговора за круглым столом.

————————————————————————————————————————————-

Любое событие в жизни человека имеет две проекции — физическую и эмоциональную. К примеру, семья переехала в новую хорошую квартиру, и помимо физического простора получила еще и прилив хорошего настроения. Очевидно, у этой семьи изменилось качество жизни. Но еще неясно, что сильнее на это повлияло — возможность поставить еще один шкаф или чувство радости, удовлетворения, чувство полноценности жизни, то есть субъективное ощущение.
След над городомЭкстраполируя эту ситуацию на наш метеорит, мы видим, с одной стороны, некое твердое физическое тело довольно внушительного размера, упавшее откуда-то сверху, а с другой — мы понимаем, например, что это тело до нас путешествовало годы в далеком космосе и в результате какой-то невероятной лотереи прилетело именно к нам, на Южный Урал. Причем, деликатно облетело все наши опасные производства, никого не убило и аккуратно плюхнулось в озеро.

Поднять голову

Разделяя эти проекции, я почти не утрирую. Часть моих земляков именно так и отнеслась к метеориту. Ну, подумаешь, упало. Стоит ли об этом долго говорить, а потом еще вспоминать? Куда важнее… Далее идет долгий список повседневных дел, разумеется, по своему тоже важных — цены на продукты, тарифы ЖКХ, зарплаты, грязный подъезд, плохая экология, трамвайное хамство. Список можно длить бесконечно.
Воронка в озереНужно ли осуждать таких людей? Не знаю. Но их можно пожалеть, потому что вся жизнь их проходит в бесконечном барахтанье в этом неустроенном быте. Такие люди, переехав в новую хорошую квартиру, так и не порадуются этому факту. Их взор всегда будет упираться вниз, в эту грязь и неустроенность. Не поднять им головы, потому что такого навыка нет.
Между тем совершенно очевидно, что наш метеорит — это чудо. И повод задуматься о чем-то большем, нежели быт. Все гении, которых знает и помнит человечество, которые двигали прогресс и делали жизнь всех остальных людей лучше, имели способность увидеть горизонт, взглянуть в небо. Даже за возможность поднять голову мы должны сказать спасибо суперболиду, прочертившему наше небо 15 февраля 2013 года.
Впрочем, помимо такой вот романтики, челябинский метеорит несет в себе куда более прагматические смыслы. Сегодня регионы внутри России и везде в мире вступили в конкурентную борьбу за ресурсы. Местные власти и сообщества принялись изучать маркетинг территории и брендинг мест.
Достали мПривлечь деньги или профессионалов, удержать трудолюбивых и талантливых людей на своей территории — это само по себе цель. Но движение к ней уже делает город или регион другими. Окружающее нас пространство становится лучше, удобнее, красивее. Человек начинает уважать свою малую родину.
Чтобы их сформулировать идеи и смыслы мы и собрали круглый стол «Южный Урал после метеорита». Инициативу, спасибо им за адекватность, поддержали власти Челябинской области.

Наш исторический шанс

Наш круглый стол — это не научная конференция, хотя в первую очередь его участники — ученые. Как известно, самые интересные идеи, самые живые разговоры возникают не в залах заседаний, а в кулуарах конференций. Вот эту кулуарную атмосферу живого обмена мнениями нам хотелось создать.
Важны здесь два момента.
Первый — участники такого разговора должны быть люди с разным научным, житейским, мировоззренческим бэкграундом. Они должны по-разному думать об одном — о челябинском метеорите, его последствиях и смыслах.
Второй момент — всегда интересно посмотреть на себя и свою жизнь со стороны. Поэтому мы, помимо челябинцев, пригласили экспертов из Москвы, Екатеринбурга, Петрозаводска, а также наших бывших земляков, живущих ныне в США и Германии.
У круглого стола была своя логика. От общего — к частному, от космоса — к земле, от теории — к прагматике.
Наш метеорит, между прочим, попал не только в Челябинскую область, он попал в информационную эпоху. Такое случилось впервые. Благодаря видеорегистраторам и Интернету человечество получило живую картинку падения суперболида, можно сказать, его видеопортрет. Что дало возможность специалистам изучить это явление, как никогда ранее. Открывший круглый стол Николай ГорькавыйНиколай Горькавый, знаменитый астрофизик, лауреат последней Госпремии СССР, работающий ныне в НАСА, в совместном с Татьяной Тайдаковой докладе показал, какое колоссальное значение для науки имел челябинский метеорит. Этот доклад был основан, в том числе, на свидетельствах южноуральцев.
Челябинские коллеги Александр Дудоров и Сергей Замоздра поведали о космической угрозе для планеты Земля. Тема, до метеорита, совершенно ушедшая из сферы внимания человечества, а между тем такая опасность не просто существует — мы даже не можем пока полностью оценить ее масштабы.
Далее наш круглый стол сделал резкий вираж. Профессор ЧелГУ Марина Загидуллина сделала блестящий доклад о том, как аукнулось падение метеорита в Интернете. Социальные сети сегодня — это своего рода нервная система общества, это моментальная, причем абсолютно непредсказуемая, реакция на любые события. Здесь же формируются зачатки смыслов, а позднее происходит рефлексия. Что важно — запечатленное в Интернете никуда не исчезает. Это своего рода современный культурный пласт, как его понимают археологи.
На этом фоне свежо выглядело эмоциональное свидетельство переживания факта падения метеорита ЕЩизвестного челябинского художника Елены Щетинкиной. Во-первых, она — абсолютно неинтернетный человек, что сегодня выглядит уже достойным внимания. Во-вторых, опыт художественного восприятия события важен для поиска способа мемориализации, например, создания памятника или мифологических сюжетов. В-третьих, на мой взгляд, Елена Александровна как, может быть, никто другой в арт-среде чувствует Южный Урал…
Доклад историка и исследователя медиасферы Сергея Климакова констатировал еще один удивительный феномен. Метеорит в считанные минуты изменил то, что, казалось, изменению уже не подлежит — имидж Южного Урала и Челябинска, в частности. Теперь в мире нас знают не как «ядерную помойку», а в России — не как город «красных труселей». Теперь вопрос в том, как использовать поистине исторический шанс?

Локомотив, вагончик, стрелка или семафор?

Между тем было бы неверно, судя только лишь по Интернету, считать, что метеорит упал на пустое место. Об этом говорили историки Гаяз Самигулов и Сергей Баканов. Южный Урал имеет богатую историю и даже в известном смысле свою мифологию. Это и место взаимодействия различных культур, и индустриальное наследие. Метеорит не должен зачеркнуть предыдущую нашу историю, мы должны вписать его в существующую парадигму.
«Не всякая территория может предложить миру «историю на все времена» — это вряд ли возможно, да и не нужно. Но для любой территории может наступить время, момент, когда этот шанс появится, возникнет». Такова отправная точка в размышлениях ДЗдоктора культурологии Дмитрия Замятна (на снимке), долгое время возглавлявшего Центр гуманитарных исследований Российского НИИ культурного и природного наследия им. Д.С. Лихачева.
По мнению Д. Замятина, метеорит дал Южному Уралу целый клубок потенциальных мифов (имеется в виду научный термин, а не бытовое значение этого слова), соединяющих Челябинскую область прямиком со Вселенной.
Эту идею развил философ и видный эксперт-регионалист Вадим Штепа из Карелии. Он напомнил, что космос и повседневность, древность и современность хорошо уживаются. Многие, в том числе региональные, бренды построены как раз на этом единстве противоположностей.
Пожалуй, самым известным сегодня в России специалистом по брендингу территорий является другой наш гость — Денис Визгалов. Эксперт предложил местному сообществу и властям решить, чем же для нас самих в деле создания регионального бренда может стать метеорит — «локомотивом, вагончиком, стрелкой или семафором»? Чтобы максимально органично и эффективно он мог поработать на регион.
Размышляя о символическом капитале имени, известный OLYMPUS DIGITAL CAMERAекатеринбургский специалист по интегрироанным маркетинговым коммуникациям и брендингу Алексей Бритвин отметил любопытный нюанс. Как имена существительные, «Челябинский метеорит» и «Чебаркульский метеорит» имеют противоположные лексические значения: первый — это угроза, опасность; второй — чудо, дар (чудесное приземление). Понимание таких особенностей и правильное использование символического и коммуникативного видов капитала дает Челябинску и Чебаркулю весьма перспективные возможности. Здесь уместна не конкуренция, вроде бы наметившаяся поначалу, но совместное продвижение.

История — не обязательно «вековые традиции»

Директор Агентства «Международный пресс-клуб. Чумиков PR и консалтинг» АЧпрофессор Александр Чумиков напомнил об уже работающих в России концептах территориального брендинга. Например, хорошо известный сегодня городок Мышкин. В 1991 году здесь придумали «Музей Мыши». И стали разрабатывать идею дальше. В результате в 2002-м город посетило уже 50 тысяч туристов, еще 10 лет спустя — 100 тысяч.
«Легенда — это не обязательно выдумка, она вполне может представлять собой определенным образом поданные реальные события, — отмечает А. Чумиков. — А история — не обязательно «вековые традиции» — это может быть и бурный взлет с расположенной совсем рядом точки отсчета в известные лидеры».
«В идеале, падение метеорита следует воспринимать как «текст», как некое послание: зашифрованное сообщение, для разгадывания которого необходимо регулярно приглашать лучшие умы планеты — желательно каждый раз экспертов в новых, разных областях», — считает известный московский культуртрегер и поэт Игорь Сид. Одна из его идей — сделать Челябинск местом проведения футурологического конгресса. Волею судьбы, наш город уже получил право быть «городом, думающим о будущем человечества».
Вообще, в докладах и дискуссиях было высказана и сформулирована масса интересных идей и смыслов. Николай Горькавый предложил построить в Челябинске здание-метеорит, даже придумал принцип конструкции — наподобие вантового моста. НХДепутат Законодательного собрания Гамбурга Николаус Хауфлер напомнил нам, что Челябинск находится на Транссибе, а это, между прочим, элитный туристический маршрут для европейцев. И наличие здесь интересных и остроумных объектов, связанных с метеоритом, поможет нам «перевести стрелку» маршрута с Екатеринбурга (он тоже стоит на Транссибе). Денис Визгалов считает, что история Челябинского метеорита может стать основой для кино, что прославило бы Южный Урал. Председатель челябинского отделения Русского географического общества Сергей Захаров полагает необходимым создание на озере Чебаркуль первого в мире метеоритного заказника: для нашего региона особенно актуальна «мысль экологическая». А Сергей Баканов предложил перенести День рождения Челябинска на 15 февраля — в каком-то смысле наш город действительно пережил второе рождение.

Праздник метеорита

Вообще, сам праздник метеорита мог бы разительно отличаться от традиционных наших массовых мероприятий, все более напоминающих «фестивали пива», как раз осмысленностью.
О чем думали, что чувствовали челябинцы в тот день?
ПРПраздник должен быть семейным, ибо одно из самых острых переживаний того дня — паническое чувство разлуки с близкими. Первые мысли после взрыва болида были связаны с неким военным ЧП. Кто-то даже подумал, что началась война. Эта мысль сегодня забытая, потерянная в нескольких поколениях, вдруг актуализировалась во всем своем ужасе. Люди отчетливо поняли, что все остальное на фоне войны — тихая чуланная пыль…
Еще одна мысль, посетившая челябинцев (и не только их) в тот день,  — мысль о мощи космоса и хрупкости, тленности земного. Еще какой смысл, учитывая нынешнее легкомысленное отношение к астрономии и науке вообще!
Но, пожалуй, самым важным коллективным переживанием 15 февраля 2013 года в Челябинске стало ощущение общности. В ней не было ни политических, ни религиозно-этнических, ни имущественных, ни возрастных перемычек. При том минимальном уровне горизонтального доверия в российском обществе челябинский опыт кажется просто уникальным.
И разве уже не актуальны эти смыслы для всего человечества в целом?..

АВ

 

 

Айвар Валеев,
журналист