Северный менталитет, триалог вместо диалога, интеллект и религиозность

Sтраница Основного Sмысла

11 ноября 2013 года

Северный менталитет, триалог вместо диалога, интеллект и религиозность

НИ

Читатели Гуманитарного журнала продолжают присылать письма и отклики на публикации в разделе «Sтраница Основного Sмысла». Для новых посетителей напомним, что мы ведем исследования в нескольких, связанных между собой, направлениях: это поиски смысла жизни и абсолютной истины, национальной идеи для России и совершенствования межнациональных отношений в Евразии. Послания, приходящие в редакцию, касаются всех этих тем.

Западников, славянофилов и евразийцев — около 15-20 процентов

МЗДоктор филологических наук Марина Загидуллина прокомментировала материал журналиста, кандидата филологических наук Андрея Сафонова «Наша неуловимая национальная идея…» (21 октября 2013 года):
«Мне кажется, тут важно определиться — а что у нас в России особенного? Власть и семья есть у всех народов. Стерхи, поди-тко, тоже везде «правильно» летают. Тема наставничества как уникальная национальная идея — мне о-о-о-чень нравится (наставник должен быть центром любой образовательной системы, человек, личность, а не «набор документов»). Но все равно это метанациональная идея — для всех, для планеты.
Мне тут позвонил почетный полярник Геннадий Семенович Чеурин — обсуждали с ним ГЧтематику Пятых аркаимских чтений «Горизонты цивилизации», там как раз один вопрос — национальная идея. И он сказал не новую, но крайне любопытную мысль (и у него она абсолютно своя): Запад-Восток — это малюсенькая часть думающих на русском языке людей (а на каком языке думаешь, та у тебя и национальность, а если то на одном, то на другом, значит, реально принадлежишь двум национальностям, так кровь намешана и судьба). Так вот, из всех по-русски думающих западников, славянофилов и евразийцев процентов 15-20. Остальные — СЕВЕР. Северный менталитет совершенно особенный, ему до всей этой западно-восточной мысли дела нет (ну, есть, конечно, соседи все же, но не в этом дело). Он философски в иной сфере лежит, этот север. Чеурин рассуждает, что Урал — это квинтэссенция Севера как национальной идеи. Мне понравилась его мысль. Я вряд ли стала бы ратовать за какую-то исключительность (в возвышающем смысле) какого-нибудь этноса. Все равны. Но не все равно. Север — особый тип национального уживания ИНЫХ как СВОИХ. Неслиянная общность. Я эту мысль до сих пор (со времен моей книжки «Национальная идея») считаю очень четкой: общность не капель, как у Толстого в сне Пьера Безухова, но общность отдельностей, самодостаточностей, которые вместе — не чтобы выжить, но чтобы совершенствоваться».

Добро, Зло и Справедливость

Как видим, поиск национальной идеи в России не прекращается. Свою лепту вносят представители самых разных сфер науки и человеческой деятельности. Нам кажется интересной идея, прозвучавшая в  рамках Седьмой сессии Европейско-Азиатского правового конгресса, прошедшего 6 и 7 июня 2013 года в Екатеринбурге. Один из читателей прислал в редакцию Гуманитарного журнала текст документа, в котором представлен СПавторский проект «Символ права» — взгляд уральцев на идеи права, правопорядка и духа права в России:
«Общеизвестное диалектическое представление о борьбе Добра и Зла в триалистическом понимании дополняется Справедливостью, являющейся по сути Путём, движением от Зла к Добру. Причём Справедливость не находится между первыми двумя, но равноудалена от них, образуя вместе с ними круговое поле.
Как известно, воплощением Правды и Справедливости во многих культурах является сама Мать-Земля. Она не даст обмануть, она не допустит несправедливости. Как нельзя разделить мир только на Черное и Белое, так невозможно часто отделить Добро от Зла, не прибегая к Справедливости. Книга в другой руке женщины — символ Мудрости и Единого Закона, для которого нет разделения на нации и сословия.
Меч, который находится в ножнах, — символ Истины, оружие Мудрости. При невозможности победить Зло мирным путём, Правосудию приходится обнажать свое карающее оружие. Однако не иначе, чем через прикосновение к Мудрости и Закону.
Богиня Права изображена в движении, что указывает на постоянное
и устойчивое развитие самого Права.
ФАвторы проекта предлагают от известного образа ДВУХ чаш (Богиня Фемида, европейская традиция) перейти к символу ТРЁХ чаш, равноудаленных и равновеликих, которые символизируют основы права: дозволение, запрет и позитивное обязывание. Мать-Земля в образе женщины с открытым лицом и целомудренно покрытой головой, держит в руке весы с ТРЕМЯ ЧАШАМИ. Традиционно на двух из чаш находятся Добро и Зло. Третья чаша – символ Справедливости.
И от того, насколько законодатель точно выверяет применение этих трёх первоэлементов, зависит раскрытие высшего назначения права, то есть «создание такого общественного порядка, в котором творческая свобода «личности» находила себе наилучшие условия для своего осуществления» (Русский правовед начала XX века профессор И.А. Покровский).
Практически неизбежная (в дуальном представлении) война может быть замещена творческим взаимодействием трёх взаимоисключающих позиций.
Общеизвестный диалог, в российских условиях малоэффективный, в этом случае замещается на триалог. Представляется целесообразным применение предложенных методик при распространении на правовом поле медиационных процессов».
В конце документа стоят подписи: А.М. Воробьев, А.Н. Мурзич, М. В. Сачев, Е. Э. Семаков, Г.С. Чеурин, Н.В. Куликова, скульптор.

Знание и вера

АКЖурналистку Анну Кныш заинтересовало неожиданное и спорное исследование американских ученых, установивших наличие отрицательной связи между интеллектом и религиозностью. Она пишет:
«Ученые из Нью-Йоркского университета и Северовосточного университета в Бостоне сопоставили результаты 63 отдельных исследований, в которых была предпринята попытка установить связь между религиозностью и интеллектом. Религиозность полагалась как принятие догматов и соблюдение ритуалов. Оценка интеллекта проводилась согласно стандартным методикам.
Найденный отрицательный коэффициент корреляции -0,24 (от -0,21 до -0,25, но -0.24 – самое вероятное значение) говорит о наличии отрицательной связи между интеллектом и религиозностью. Согласно ученым, люди с высоким интеллектом менее склонны к конформизму и принятию религиозных догм. Аналитическое мышление мешает им принять на веру религиозные тексты. И, наконец, умные люди, как правило, успешнее и образованнее, следовательно, им не нужна религия для того, чтобы сделать свою жизнь лучше.
ОЛОбразованные люди с высоким интеллектом часто тоже во что-то верят. В нечто такое, что можно назвать Высшим Разумом. Для них этот разум не воплощен в божественное обличье, но, тем не менее, реален. Причем, это, как правило, представители гуманитарного знания. Физики, химики и математики говорят о существовании законов, которым подчиняется все сущее. Совокупность этих законов можно представить как Закон, то есть наличие связей между всем и всем. Получается, что Закон управляет Вселенной.
В некоторых древних языках Бог, Разум, Закон, Слово обозначались одним словом. Очевидно, что разделение по степени абстрактности произошло позднее, и, не исключено, что формирование отдельного понятия Бога было поддержано искусственно. Мирный договор о принадлежности 99 процентов власти и собственности одному проценту населения не мог быть достигнут без убедительной легенды о том, почему это справедливо.
ВОЛБедные представители среднего класса ищут убежище в стенах Церкви. Для них Бог – это некая самостоятельная сущность, которая существует параллельно с нами, предварительно установив законы, по которым существуем мы. Они говорят о потрясающей разумности законов физики и чудесном согласованном устройстве биологических систем, которые могло изобрести только сознательное существо. Но биологические системы обязаны были развиваться в соответствии с предъявляемыми средой условиями. Результат был неизбежен: системы приспособились, в противном случае они бы прекратили существовать.
Таким образом, мы можем предложить свой механизм связи: с ростом интеллекта и образованности нарастает абстрактизация образа: Бог, Высший Разум, Закон… На одном полюсе – религиозность, на другом – атеизм, но это не противоположности, а количественные характеристики мировоззрения, которые коррелируют с интеллектом. Однако, выражаясь математическим языком, религиозность – функция как минимум двух переменных, кроме интеллекта есть некий психологический фактор х, что-то вроде готовности верить. Было бы любопытно обнаружить в мозгу гистофизиологические предпосылки этого фактора, аналогично с обнаружением отсутствия некоторого количества связей между структурами мозга у оптимистов.
В сказках животные наделены человеческими качествами. Кусты и деревья в сумеречном лесу видятся нам живыми существами. Человеку свойственно ОПочеловечивать, оживлять и одушевлять объекты, с которыми он имеет дело. Интересно, что в случае изобретения Бога очеловечено было явление связи, закона. Наблюдались устойчивые связи между явлениями, но, вместо того, чтобы принять связи как связи, закономерно вытекающие из свойств самих явлений, эти связи были признаны вторичными по отношению к существу/разуму, которое их придумало.
После очеловечивания Бога происходит обожествление человека: «Человек создан по образу и подобию Божьему». Но ведь все как раз наоборот! Это человек изобрел Бога по своему образу и подобию, наделив его неограниченной властью над всем сущим в попытке компенсировать несбыточность своей вечной мечты о доминировании.
Почему библейская легенда оказалась настолько убедительна, что живет уже две тысячи лет? Нужно признать, что ее авторы были умнейшими людьми и неслабо постарались. Они использовали реальные факты, но окутали их флером чуда. Они заложили в религиозные тексты всем понятные и близкие истины, завернули их в удобную для восприятия упаковку. Джордж Карлин как-то заметил, что число 10, выбранное для заповедей, было маркетинговым решением. Замечали ли вы, что все 10 заповедей перечислить на память трудно, нужно помнить их формулировки, а не суть. Если акцентироваться на сути, неизбежно получаются повторы. Так мог ли Бог – существо с совершенным разумом – дать человеку столь небрежно составленный документ?
БиблияБиблия так популярна, поскольку она удовлетворяет потребность человека верить в то, что есть нечто, более сильное и ответственное, чем он сам, которое, если хорошо попросить, может предоставить протекцию от всяческих неприятностей. Закон бесстрастен, Разум чуть менее бесстрастен, Бог видит все, активно участвует в делах людей, может гневаться, награждать, наказывать, что отвечает ожиданиям безответственного большинства.
Удивительно, но предметом спора верующих и атеистов является вовсе не существование Бога, а приоритет веры. Атеисты говорят «надо исследовать, а не верить!», на что верующие отвечают «надо верить, а не исследовать!». Этот спор невозможно разрешить логически, потому что о вкусах не спорят. Люди с высоким интеллектом могут и предпочитают исследовать. Остальным проще верить, и это в какой-то степени, даже более рационально».

Считаем необходимым еще раз оговориться: мы не претендуем на истину в последней инстанции и не всегда согласны с мнением своих авторов. У нас много верующих друзей, это умные и прекрасно образованные люди. Тем не менее мы опубликовали материал Анны Кныш, ибо хотим, чтобы в этом вопросе не было недосказанности. Гуманитарный журнал выступал и выступает в качестве своеобразного ускорителя интеллектуальных и общественных процессов, без которых невозможно долгожданное оформление нашей цивилизационной идентичности. Мы будем и дальше продолжать вести свой поиск. Ждем откликов от умных и граждански активных читателей.